Алексей Костенков

независимый эксперт

Однодневная война у сложной границы: продолжится ли таджикско-киргизский конфликт?

Днём 29 апреля новостные ленты неожиданно для стороннего наблюдателя заполнили устрашающие сообщения и кадры с таджикско-киргизской границы. Перестрелки, горящие и захваченные погранзаставы, движущаяся к зоне вспыхнувших боёв бронетехника обеих сторон. Казалось, две страны – входящие в ОДКБ – оказались на грани серьёзной войны.

Тем же вечером конфликт начал стихать. Душанбе и Бишкек к семи вечера договорились о прекращении огня и разведении сил. Ночью и на следующие дни возникали спорадические перестрелки, продолжилась эвакуация десятков тысяч мирных жителей из приграничных сёл, но к первым числам мая всё стихло.

Столкновения оставили с обеих сторон 55 убитых, почти 300 раненых, сожжённые здания и множество вопросов. Прежде всего – что и почему произошло и что ждёт две страны в дальнейшем?

Причины конфликта

Апрельские бои произошли на небольшом участке границы: где вдоль реки Исфара проходит дорога из «вклинивающейся» между Кыргызстаном и Узбекистаном Согдийской области Таджикистана к лежащему внутри Баткенской области Кыргызстана таджикскому эксклаву Ворух.

Это юго-западные окраины Ферганской долины на северных отрогах Памиро-Алтая. Край крайне плодородный и густонаселённый, но бедный и страдающий от жестокой нехватки воды для полей. В советское время здесь провели границы по этническому признаку. Таджикские, киргизские и узбекские селения здесь перемешаны почти как в Боснии до войны 90-х годов – что породило сложную конфигурацию границ и несколько крупных эксклавов. И множество споров за поля и воду. А значит, и о том, как именно должна идти граница.

Это порождало конфликты, массовые драки и взаимные преступления ещё в советское время. Когда Кыргызстан и Таджикистан стали независимыми, проблема усугубилась. По сей день делимитирована лишь примерно половина 984-километровой границы между ними.

Определение оставшейся части натыкается на яростное сопротивление местных жителей с обеих сторон, имеющих диаметрально противоположные взгляды на то, какой клочок земли и поток воды кому должен принадлежать. Для них это – не отвлечённые споры националистов о символическом национальном достоинстве, а вопрос личного достатка, еды на столе, а порой и выживания. С 80-х годов споры о границах уже приводили здесь к столкновениям – в основном между гражданскими – более 150 раз.

Стык границ у проходящей через киргизские земли дороги между таджикскими Чорку и Ворухом – одна из самых проблемных зон. Киргизская территория здесь формально единая, но из-за гористого рельефа в сёла Кок-Таш и Кыргыз-Кыштак можно проехать только через таджикский участок дороги.

Киргизы не первый год пытаются построить новую дорогу из Кок-Таша на «большую землю» по кромке таджикской границы, но с точки зрения Душанбе и жителей таджикских сёл это тоже – земля как минимум спорная. Это уже привело к перестрелкам в 2014 году и массовым дракам в 2015-м, когда, по счастью, никто не погиб. В 2016-18 годах страсти притихли, но с марта 2019 года вновь начались драки и стрельба, с ранеными и убитыми.

Хуже того, именно на этой спорной дороге на стыке границ находится важнейший для обеих сторон водораспределительный пункт «Головной», от операторов которого напрямую зависит, кто именно из сотен тысяч жителей приграничья получит больше дефицитной воды и соберёт нормальный урожай, а кому придётся следующий год жить впроголодь. И Бишкек, и Душанбе считают его своим, и уступать не собираются: этого категорически не поймут «свои».

В марте стороны в очередной раз пытались договориться, решение вопроса о границе – одно из обещаний нового киргизского президента Жапарова, но сделать это опять не удалось из-за слабой совместимости требований жителей двух стран. Кроме того, несмотря на недавнее получение тысячи гектаров спорных земель с Узбекистаном в обмен на доступ узбекской стороны к Андижанскому водохранилищу, Жапарова уже атакует оппозиция с обвинениями в «предательстве» – и идти на уступки ещё и Таджикистану ему будет сложнее.

Конфликт

В дни перед столкновениями, в пору особенно требовательного к воде поливного сезона, таджикская сторона заявила: водораспределительный пункт захватили киргизские спецназовцы в гражданской одежде. Они направили воду на киргизские поля, лишив таджикских селян живительной влаги. На станцию не пустили даже сотрудников управления водного хозяйства для контрольных замеров.

Киргизская сторона заявила, что это её исконная станция и таджикам на ней быть и не полагается. И в ответ 28 апреля обвинила таджикских пограничников в установке видеокамер слежения на своей территории (которые таджики назвали ответной мерой на установку киргизских видеокамер).

Утром 29 апреля жители соседних киргизских сёл попытались убрать камеры, чему помешали таджикские пограничники и жители соседних таджикских сёл. Начались бурные споры, перешедшие в кидание камнями, а затем и выстрелы из гражданских ружей. Страсти к тому времени были накалены и из-за задержания таджикскими пограничниками двух молодых киргизов, по их мнению, проникших на таджикскую территорию. Парней вернули, но тут же разлетелся оказавшийся фейком слух, что киргизы украли двух таджикских школьников.

В политически активном Бишкеке, всего полгода назад пережившем очередную революцию, немедленно начались митинги с требованиями жёстких мер по отношению к соседям или отставки свежеизбранного президента Жапарова с его правительством. Пошли слухи, что то ли бессменный лидер Таджикистана Рахмон решил улучшить свои пошатнувшиеся от пандемии рейтинги за счёт маленького победоносного унижения соседей, то ли то же самое вознамерился сделать харизматичный и амбициозный новый президент Кыргызстана, не скрывающий стремления к концентрации власти в своих руках.

Тем временем на границе к 14-00 стрельба селян из ружей сменилась перестрелками пограничников: сначала из лёгкого стрелкового оружия, а затем и из миномётов с гранатомётами. Киргизская сторона утверждает, что к 17-00 таджикские пограничники начали миномётные обстрелы пограничных застав на киргизской стороне: Капчыгай, Достук, Мин-Булак, а также пунктов перехода Кожогар и Булак-Баши. От миномётных попаданий загорелось здание заставы в Достуке – кадры с этим пожаром попали в мировые СМИ. В ответ киргизский пограничный спецназ «Бору» занял таджикскую погранзаставу Ходжа Алло, от которой начинается дорога в эксклав Ворух.

Бои начали стремительно распространяться от эпицентра столкновения ко всё более дальним заставам и участкам границы. Число убитых и раненых росло с каждой минутой. К местам боёв с обеих сторон двинулись колонны бронетехники: уже не пограничников, а регулярных армий. Две страны, казалось, на всех парах летят к полноценной войне.

Однако такое развитие событий не устраивало ни одну из сторон, а также региональных «тяжеловесов» в лице России и Узбекистана. К 19-00 Бишкек и Душанбе уже заявили о соглашении о прекращении огня, разведении войск и совместном патрулировании по итогам экстренных переговоров. К 20-00 стало известно, что премьер-министры Кыргызстана и Таджикистана провели встречу в Казани на полях заседания Евразийского межправительственного совета. Стороны начали отвод войск. Огонь на границе стал затихать, и после нескольких спорадических обстрелов прекратился.

Ко 2 мая конфликт угас, так и не сорвавшись в пропасть большой войны. Потери киргизской стороны примерно в два раза превысили таджикские. В целом же с обеих сторон погибли и были ранены в основном мирные жители.

 

Что дальше?

Похоже, что даже если у какой-то из сторон и были планы о чём-то «маленьком и победоносном», реальность даже однодневного столкновения показала: война, если начнётся, будет кровавой, страшной, дорогой... и категорически непопулярной.

При всех спорах и взаимных обидах жителей приграничных сёл массовой межнациональной ненависти между киргизами и таджиками нет. В первые же часы боёв интернет заполнили отчаянные призывы с обеих сторон прекратить братоубийственную стрельбу. На их фоне воинственные призывы и подозрения в целенаправленной агрессии соседа были не слишком заметны, хотя и присутствовали.

Впрочем, прокуратура Кыргызстана 4 мая официально назвала произошедшее «заранее спланированным и организованным военным вторжением с целью захвата суверенной территории Кыргызстана».

И всё же вместо войны начались новые переговоры. Их называют «долгими и тяжёлыми», но уже 12 мая стороны объявили о достижении прорывного соглашения по делимитации ещё 112 километров границы из 984. Рабочие группы должны начать работу на местности до 17 мая. Правда, участок недавних боёв в этот «пакет» не попал: слишком свежи раны и травмы с обеих сторон.

Ещё Душанбе и Бишкек договорились, что таджикская сторона построит за свой счёт новую дорогу в эксклав Ворух, чтобы она проходила в удалении от киргизских сёл и проезжающие не рисковали получить камень в стекло. До строительства дороги стороны попытаются урегулировать и болезненный вопрос о том, как именно проходит здесь граница.

В свою очередь, Россия в лице президента Путина объявила 10 мая о том, что готова оказать помощь в преодолении гуманитарных последствий приграничного конфликта. Российский лидер выразил поддержку достигнутым Бишкеком и Душанбе договоренностям по урегулированию ситуации на границе и подтвердил намерение содействовать дальнейшей стабилизации обстановки в регионе.

В конце мая должен состояться визит киргизского президента Жапарова в Москву, где, в том числе, будут обсуждаться вопросы приграничного урегулирования. Президент Таджикистана Рахмон же только что покинул Москву после встречи с российским президентом и посещения парада 9 мая на Красной площади. В настоящее время России меньше всего нужен конфликт между двумя союзниками по ОДКБ, тем паче при наличии российских военных баз в обеих странах.

Помощь в дальнейшей стабилизации ситуации на границе пообещал и Узбекистан – наиболее населённая и вторая по ВВП после Казахстана страна региона, чьи границы смыкаются с таджикской и киргизской в непосредственной близости от спорных земель. Казахстан заявил о готовности помочь в переговорах, а также о планах оказать гуманитарную помощь соседнему Кыргызстану – вероятно, как более пострадавшей и притом культурно близкой стороне.

Готовность «поддержать мирное разрешение конфликта любым образом» озвучил и Госдепартамент США, уточнив, что не полагает ситуацию успешно разрешённой. Попутно ходят слухи о желании американцев продать Душанбе часть старой техники выводимых из Афганистана войск, которую всё равно слишком дорого везти обратно в США.

События 29 апреля и их последствия показали, что война будет слишком дорого стоить обеим сторонам, а Россия и другие региональные «игроки» обратили на ситуацию пристальное внимание и готовы сделать многое, чтобы конфликт не вспыхнул снова.

В то же время одна лишь только делимитация границы на любых компромиссных условиях всё равно оставит многие десятки тысяч местных жителей недовольными, обиженными и жаждущими реванша.

Настоящее решение проблем возможно лишь посредством попутного развития глубокого трансграничного сотрудничества на таджикско-киргизской границе, в том числе в рамках механизмов Евразийского экономического союза. Первые попытки говорить об этом уже прозвучали в 2020 году на переговорах президентов Рахмона и Жээнбекова, но затем Жээнбеков лишился власти в очередной киргизской революции, и вопрос «завис».

Трагические события конца апреля 2021 года показали, что вопрос так или иначе придётся решать, и решить его силой, как в случае Второй Карабахской войны, не сможет ни одна из сторон. Значит, нужно будет договариваться, и именно здесь механизмы евразийской интеграции могут сыграть огромную позитивную роль.

Фото из открытых источников

*Позиция редакции может не совпадать с мнением автора.

 


При использовании материалов np-aaii.ru указание источника и размещение активной ссылки на публикацию обязательны.

 

Читайте также


Поделиться:
вооруженное столкновение приграничье таджикско-киргизский конфликт Киргизия Кыргызстан таджикистан

Контакты

ВКонтакте

Facebook

Instagram